"Государство должно первым увидеть, что человеку нужна помощь" - Аскарбек Ертаев

Министр труда и социальной защиты населения Аскарбек Ертаев рассказал NUR.KZ, почему прежняя модель социальной поддержки перестает отвечать запросам общества, как государство будет сопровождать человека в сложной жизненной ситуации и почему искусственный интеллект не должен становиться "цифровым чиновником".

Представим обычную ситуацию: человек много лет работал, но предприятие сократило штат. Еще недавно дальнейший путь почти полностью зависел от него самого. Нужно было найти карьерный центр, зарегистрироваться, изучить вакансии, разобраться в программах обучения и понять, на какую поддержку он может рассчитывать.

Похожая логика действовала и в социальной сфере. После рождения ребенка, установления инвалидности или резкого снижения доходов семья сама выясняла, куда обращаться, какие документы собирать, и какая услуга ей положена.

Сегодня государственные информационные системы уже располагают значительной частью необходимых сведений. Поэтому прежняя модель, при которой помощь начинается только после заявления гражданина, постепенно уступает место другой: государство должно раньше замечать жизненную ситуацию, предлагать возможное решение и сопровождать человека до конкретного результата.

В 2026 году Министерство труда и социальной защиты населения развивает проактивную модель сразу в двух связанных направлениях - социальной поддержке и занятости. В июле в Павлодарской и Мангистауской областях стартовал пилот "Цифровой службы занятости", а карьерные центры переходят от ожидания посетителей к персональной работе с людьми, которым трудно самостоятельно найти работу.

О том, почему эти изменения важны именно сейчас и что они дадут обычному человеку, NUR.KZ рассказал министр труда и социальной защиты населения Аскарбек Ертаев.

- Аскарбек Маратович, Вы говорите о переходе к новой модели социальной политики. Что принципиально меняется по сравнению с прошлым?

- Раньше система в основном начинала действовать после обращения гражданина. Человек сам должен был понять, что имеет право на определенную помощь, найти нужную организацию, собрать документы и подать заявление.

Эта модель формировалась в то время, когда у государства не было такого объема цифровых данных, как сегодня. Сейчас мы видим значительно больше. Например, можем заметить, что за человека прекратили поступать социальные отчисления, выпускник длительное время не трудоустроен или в семье произошло событие, после которого возникает право на государственную поддержку.

Возникает закономерный вопрос: если государство уже располагает этими сведениями, почему человек по-прежнему должен самостоятельно проходить весь путь?

Поэтому мы меняем не просто форму подачи заявления. Меняется сама последовательность действий. Государство должно первым увидеть, что человеку может понадобиться помощь, предложить возможные варианты и объяснить, что делать дальше.

Главным результатом для нас должно стать не количество принятых заявлений, а то, решена ли проблема конкретного человека.

- Почему эта перестройка стала необходимой именно сейчас?

- Потому что изменилась и экономика, и повседневная жизнь людей. Профессии быстрее устаревают, предприятия внедряют новые технологии, требования к работникам меняются. Человек может иметь образование и многолетний опыт, но однажды обнаружить, что в его регионе специалистов такого профиля больше не ищут.

Одновременно выросли ожидания граждан от государственных услуг. Человек привык получать банковские, транспортные и другие сервисы через смартфон. Ему трудно понять, почему для оформления социальной поддержки нужно повторно сообщать государству сведения, которые уже есть в его информационных системах.

Но цифровизация - это не просто перевод бумажной формы на экран. Можно сделать электронное заявление и сохранить все прежние сложности. Для нас важно другое: сколько действий теперь не нужно совершать человеку, сколько времени он экономит и насколько быстрее получает понятный ответ.

Сегодня в электронном формате доступны 45 из 49 государственных услуг Министерства, 28 из них оказываются проактивно. Эти цифры важны не сами по себе. Они показывают, что технологическая база для новой модели уже создана. Теперь необходимо изменить логику всей системы.

- Как эта логика проявляется в социальной поддержке?

- Самый понятный пример - рождение ребенка. После регистрации рождения родителям направляется сообщение с предложением оформить положенные выплаты. При их согласии необходимые данные запрашиваются автоматически. Семье не требуется посещать несколько учреждений и собирать бумажные справки.

Именно так должна работать государственная система: не заставлять родителей в первые дни после рождения ребенка изучать административные процедуры, а самой предложить понятное и своевременное решение.

Но рождение ребенка - относительно простая с точки зрения данных жизненная ситуация. Есть более сложные случаи: инвалидность, потеря кормильца, снижение дохода семьи, необходимость постоянного ухода за близким человеком. Здесь невозможно применять один шаблон ко всем.

Поэтому мы говорим не только о проактивности, но и о персональном подходе. Одной семье нужна выплата. Другой - социальная услуга. Третьей - помощь с трудоустройством трудоспособного члена семьи. Государство должно видеть не отдельную справку, а жизненную ситуацию в целом.

Человеку при этом неважно, сколько ведомств и информационных систем участвует в процессе. Для него имеет значение, получил ли он своевременную помощь и понимает ли, что будет происходить дальше.

- Слово "адресность" часто воспринимается как сигнал о возможном сокращении социальной помощи. Что оно означает в вашем понимании?

- Адресность - это не механическое сокращение числа получателей и не отказ государства от социальных обязательств.

Ее смысл заключается в том, чтобы поддержка дошла до человека, которому она действительно необходима, в нужный момент и в достаточном объеме.

Формально похожие семьи могут находиться в совершенно разных обстоятельствах. В одной семье трудоспособный человек временно потерял работу и может вернуться к устойчивому доходу после обучения или трудоустройства. В другой человек постоянно ухаживает за близким и объективно не может работать в обычном режиме. Если оценивать их положение только по одному показателю, решение может оказаться несправедливым.

Поэтому социальная политика должна становиться более точной. Если человек способен работать, задача государства - не годами удерживать его в положении получателя помощи, а помочь восстановить доход. Если семья объективно нуждается в длительной поддержке, она должна получать ее без лишних барьеров и постоянного подтверждения очевидных обстоятельств.

Таким образом, адресность - это не меньше помощи. Это более точное решение для конкретной семьи.

- Для такой оценки Министерство использует искусственный интеллект. Насколько безопасно передавать алгоритмам решения, влияющие на судьбу человека?

- Мы не передаем искусственному интеллекту право принимать окончательное решение. В социальной сфере это принципиальная граница.

Алгоритм может быстро проанализировать большой объем информации, сопоставить сведения из разных источников и обратить внимание специалиста на обстоятельства, которые требуют дополнительного изучения. Но он не должен самостоятельно устанавливать человеку инвалидность, назначать или отменять социальную помощь.

Например, при медико-социальной экспертизе система помогает изучать медицинские документы и может сформировать рекомендацию. Однако окончательное решение принимает комиссия, состоящая из специалистов. То же относится к оценке материального положения семьи при назначении адресной социальной помощи.

Для нас искусственный интеллект - не "цифровой чиновник", а помощник специалиста. Его задача - повысить качество анализа, сократить технические ошибки и освободить время человека для содержательной работы с гражданином.

Если технология просто ускоряет отказ или делает решение непонятным для получателя, такая цифровизация не достигает своей цели. Любое решение должно оставаться законным, объяснимым и подлежащим пересмотру в установленном порядке. В материалах Министерства также подчеркивается, что ИИ формирует рекомендации, тогда как ответственность за итоговое решение сохраняется за специалистом.

- Как новая модель будет работать для человека, потерявшего работу?

- До сих пор карьерный центр преимущественно ждал, когда человек сам придет и обратится за содействием. Мы считаем, что этого недостаточно.

Политика занятости совершенствуется. Теперь наш принцип такой: не человек ищет работу, а работа ищет человека. На практике это означает, что государство не должно оставлять человека один на один с поиском вакансий и необходимостью самостоятельно разбираться во всех существующих мерах поддержки.

Представим, что у гражданина прекратились социальные отчисления. Возможно, он сменил место работы и помощь ему не требуется. Но возможно, его сократили, он не знает, какие вакансии есть в регионе, или его квалификация больше не соответствует требованиям работодателей.

В такой ситуации карьерный центр должен первым выйти на связь, выяснить обстоятельства и предложить конкретный маршрут.

Одному человеку достаточно направить несколько подходящих вакансий. Другому требуется краткосрочное обучение. Третьему нужно помочь получить первый опыт. Человеку с инвалидностью может понадобиться адаптация рабочего места. Специалисту, готовому к переезду, - предложение из региона, где его профессия востребована.

В этом и заключается персональный подход: не распределить всех по одинаковым программам, а разобраться, что мешает конкретному человеку вернуться к работе.

Сейчас карьерные центры уже получают данные о гражданах, которым сложнее трудоустроиться самостоятельно, и должны сопровождать их вплоть до фактического закрепления на рабочем месте.

- Что нового даст "Цифровая служба занятости"? Разве вакансий на Enbek.kz недостаточно?

- Большое количество вакансий само по себе еще не решает проблему безработицы.

Человек может открыть портал и увидеть сотни объявлений, но ни одно из них не будет соответствовать его навыкам, опыту, месту проживания или состоянию здоровья. Значит, ему нужен не еще один список, а помощь в выборе реального маршрута.

"Цифровая служба занятости" анализирует образование, профессиональный опыт и навыки человека, а затем сопоставляет их с потребностями рынка труда. Система может предложить подходящую вакансию, обучение или другую меру содействия занятости.

Это не означает, что алгоритм будет решать, где гражданину работать. Окончательный выбор остается за человеком. Он оценивает заработную плату, график, условия труда, расстояние и собственные планы.

Задача технологии - сократить путь от потери работы до нового трудоустройства. Пилотный проект уже запущен в двух регионах, а в дальнейшем новая модель должна получить более широкое применение.

- Как в этой системе учитываются интересы работодателя?

- Работодателю нужен не участник очередной программы, а человек, который обладает необходимыми навыками и может выполнять конкретную работу.

Поэтому обучение должно начинаться не с вопроса, какие курсы мы можем предложить, а с вопроса, какие специалисты нужны предприятиям. Если в регионе развивается производство и требуются операторы, монтажники или специалисты другого профиля, подготовка должна быть связана с этим реальным спросом.

Работодатель также должен участвовать в трудоустройстве людей, которым требуется дополнительная поддержка. Например, человек с инвалидностью может полностью соответствовать вакансии, но нуждаться в адаптированном компьютере, специальном рабочем месте или измененном режиме труда.

Нередко работодатель отказывается не потому, что не хочет принять такого сотрудника, а потому, что не понимает, как правильно организовать условия. В этом случае карьерный центр должен выступить связующим звеном: объяснить требования, предложить решение и сопровождать обе стороны.

Государство не может создать устойчивую занятость без работодателей. Но и бизнесу необходим понятный партнер, который помогает найти, подготовить и адаптировать сотрудника.

- Можно ли считать задачу выполненной, если человек формально трудоустроен?

- Нет. Нам важно не просто рабочее место, а качественная занятость.

Человек должен официально получать заработную плату, иметь право на отпуск и больничный, быть охваченным пенсионным и социальным страхованием, работать в безопасных условиях.

Если гражданин фактически является штатным работником, выполняет постоянные обязанности и подчиняется внутреннему распорядку, с ним должен быть заключен трудовой договор. Подмена трудовых отношений договором оказания услуг лишает человека значительной части гарантий.

Проблема особенно остро проявляется при задержке заработной платы или увольнении. Если договор не оформлен, человеку сначала приходится доказывать сам факт работы у конкретного работодателя.

Поэтому трудовой договор - не формальность. Это основной документ, который определяет права и обязанности обеих сторон и позволяет человеку защитить свои интересы. В своем телевизионном интервью министр отдельно подчеркивал, что устойчивое трудоустройство невозможно без официального оформления и соблюдения трудовых гарантий.

- Каким в итоге должно стать взаимодействие человека с социальной системой через несколько лет?

- Система должна стать менее заметной как бюрократический механизм, но более ощутимой как поддержка.

Если человек потерял работу, ему должны своевременно предложить вакансии, обучение или другой профессиональный маршрут. Если в семье родился ребенок, положенная выплата должна оформляться без лишних действий. Если человеку установлена инвалидность, он должен понимать дальнейший путь - от получения социальной поддержки до реабилитации, услуг и возможностей трудоустройства. Если нарушены права работника, государство должно помогать восстановить их, а не ограничиваться учетом обращения.

Мы должны перестать оценивать работу только количеством проведенных процедур.

Важно не то, сколько уведомлений направила система, а получил ли человек нужную помощь. Не то, сколько консультаций провел карьерный центр, а нашел ли гражданин постоянную работу. Не то, сколько услуг переведено в электронный формат, а сократился ли путь человека к результату.

Через несколько лет гражданину не придется самостоятельно искать, какое подразделение отвечает за его проблему. Система должна распознать жизненную ситуацию, предложить понятные варианты и сопровождать до решения.

В этом и заключается стратегический смысл изменений: перейти от управления заявлениями к сопровождению жизненных ситуаций. В социальной сфере положенная помощь должна сама находить человека, в сфере занятости - работа. А главным результатом должно стать восстановление жизненной устойчивости человека и его семьи.

Нашли ошибку в публикации?Сообщите нам об этом.