Ерлан Умбетжанов рассказал о работе центра анестезиологии, реанимации и интенсивной терапии ННОЦ

Заведующий центром анестезиологии, реанимации и интенсивной терапии Национального научного онкологического центра согласился пообщаться с корреспондентом NUR.KZ.

Ерлан Умбетжанов — врач-реаниматолог высшей квалификационной категории. Проходил повышение квалификации в США, Израиле, Турции, Чехии, России. Награжден знаком "Отличник здравоохранения РК", а также почетной грамотой министра здравоохранения РК. Является членом ОО "Казахское общество анестезиологов и реаниматологов" и American Heart Association.

— Ерлан Урумбаевич, расскажите о работе вашего центра. Что за специалисты в нем трудятся?

— У нас один из самых больших центров из тех, которые действуют в ННОЦ на данный момент. Условно он поделен на два отделения — реанимации, то есть интенсивной терапии, и анестезиологии. В штате работает 10 врачей анестезиологов-реаниматологов. Все они являются квалифицированными специалистами, имеющими соответствующие категории. Также здесь работает 12 врачей-анестезиологов.

В центре мы проводим ротацию: определенное время врач может действовать как реаниматолог, а затем как анестезиолог. Мы оказываем высокоспециализированную анестезиологическую помощь. Все виды анестезии доступны пациентам ННОЦ: эндотрахеальная, многокомпонентная, внутривенная, спинальная, эпидуральная. Также хорошего уровня развития достигла региональная анестезия — непосредственное обезболивание во время операции и в постоперационный период. В Казахстане мы начали практиковать ее одними из первых.

— Как ваше отделение интегрировано в общую работу Национального научного онкоцентра?

— Мы работаем в режиме 24/7, обслуживая все отделения ННОЦ. К примеру, существует такое понятие, как "код голубой". Это означает, что пациент нуждается в неотложной помощи. В нашем центре есть специальный телефон, на который поступают звонки из других отделений. В экстренном порядке наши специалисты отправляются туда, куда их позовут.

Кроме того, в рамках работы поликлиники врачи центра проводят консультации, например, при поступлении тяжелого больного. Они задействованы в процессе подготовки пациентов к операции. Помимо этого, мы участвуем во всех консилиумах, которые проводятся в Национальном научном онкологическом центре.

— Не могли бы Вы рассказать поподробнее о работе анестезиологов и реаниматологов в предоперационный период?

— Отмечу, что практически все онкологические пациенты, которые к нам поступают, имеют дефицитные состояния. Сама по себя онкология желудка, пищевода или кишечника предполагает катаболизм, то есть распад белка. Катаболизм в данном случае преобладает над анаболизмом. Пациенты, поступающие к нам, как правило, имеют нутритивную недостаточность. Вначале мы смотрим анализы, общий статус; у нас имеются определенные шкалы, которые помогают нам в процессе обследования. Выявив, какая именно недостаточность имеется, мы определяем ход предоперационной подготовки.

Если пациент, образно говоря, "голодный", мы назначаем ему энтеральное и парентеральное питание. Иными словами, белки, жиры и углеводы вводятся в центральную вену. Также есть специальные сбалансированные смеси, прием которых мы назначаем пациентам. Соответственно, если нам удается выровнять нутриционный статус, то параллельно у нас выравнивается и иммунный статус. Другой проблемой является обезвоживание. Пациентам перед операцией назначается инфузионная терапия, то есть это солевые растворы, которые человек получает внутривенно. Если есть какие-либо проблемы с сердцем, то и здесь наши врачи назначают больному соответствующую терапию.

— А если говорить о периоде после хирургического вмешательства?

— В операционной имеется палата пробуждения. Есть категория пациентов с небольшими оперативными вмешательствами, не нуждающиеся в реанимации. Они поступают в палату пробуждения, там находятся до полного регресса наркоза. После этого они сразу же переводятся в отделение. Тяжелые пациенты или больные с сопутствующими заболеваниями, как правило, поступают к нам в реанимацию и дальше получают лечение в условиях центра.

— Были ли какие-нибудь интересные кейсы в последнее время?

— Могу вспомнить такой случай. Был пациент с кровотечением после тяжелой операции. При этом кровотечение зафиксировали в огромном объеме — около 15 литров. Учтите, что объем циркулирующей крови у человека составляет 4-5 литров. Таким образом, объем кровопотери превзошел данный показатель в три раза. Кроме того, у пациента был ДВС-синдром, когда кровь не сворачивается. Нашим специалистам пришлось очень сильно постараться, чтобы спасти пациента. В итоге он выжил и благополучно выписался из клиники.

Был кейс по пациенту после трансплантации печени. Существует такое понятие, как гепатопульмональный синдром, — у пациента поражается печень и сосуды легкого. В этом случае у него очень низкая сатурация. Операция была благополучно проведена, после чего пациент несколько дней находился в отделении реанимации. Недавно с улучшениями был переведен в профильное отделение.

— К слову, о трансплантации печени. Как вы работаете с этой категорией пациентов?

— Вообще, трансплантация печени может длиться восемь и более часов. Учитывая, что осуществляется изъятие органа и пересаживание нового, может наблюдаться большая кровопотеря. Наша задача во время операции — держать оптимальное давление, не позволяя ему повышаться или опускаться. Мы не должны допустить каких-либо перфузионных травм печени. Также бывают критические моменты, когда идет реперфузия. Печень уже "посадили", открывают вены — это самый сложный момент во время анестезии. Здесь могут произойти любые кризы: снижение давления, тахикардия и вплоть до остановки сердца.

В постоперационный период эти пациенты снова приходят к нам в отделение. Важно, что они получают иммуносупрессию — те препараты, которые снижают иммунитет. Это необходимо для того, чтобы орган, который был пересажен, прижился. Данные пациенты находятся в отдельном изолированном боксе. Далее мы осуществляем интенсивную терапию в реанимации: пациенты получают иммуносупрессию, проводится коррекция гомеостаза, назначается антикоагулянты, чтобы не было тромбоза.

— Вылетают ли ваши врачи по линии санавиации? И как обстоит дело с телемедициной?

— Да, наши врачи дежурят по линии санитарной авиации, вылетают в регионы. Буквально две недели назад мы с коллегой хирургом полетели в Уральск в областную клиническую больницу. Там был тяжелый случай: пациентка после родов с HELLP-синдромом и сепсисом. Женщина находилась на ЭВЛ. Прилетев, мы оценили ситуацию и впоследствии приняли решение, что нужно проводить операцию. Выявили, что источником инфекции является матка. Хирург и гинекологи провели вмешательство, сделав надвлагалищную ампутацию матки. Пациентку уже выписали из реанимации, она находится в отделении и готовится к выписке домой. Вместе с тем довольно регулярно проводятся и телемедицинские консультации.

— В конце хотелось бы спросить о различных обучающих мероприятиях. Часто ли вы этим занимаетесь?

— Тренинги в центре проводятся на постоянной основе. К примеру, на нас возложена ответственность за проведение обучения по BLS — Basic Lab Support, то есть по первой неотложной помощи. Принимаем участие в работе онкологического клуба. Более того, у нас есть свой собственный клуб, где мы с коллегами разбираем кейсы и делимся друг с другом опытом. За пределами центра нашими специалистами проводятся мастер-классы, семинары, обучающие циклы. В последний раз я сам выезжал в Шымкент на две недели и делился опытом с местными коллегами. Также хотел бы отметить, что у нас обучаются резиденты — три человека второго курса и пять человек первого.

Больше о нас читайте по ссылкам:

Сайт ННОЦ: https://www.cancercenter.kz

Facebook: https://www.facebook.com/astana.nroc

Instagram: https://www.instagram.com/astana.nroc

Telegram: https://t.me/cancercenterkz/1741

Запись на прием к врачам ННОЦ осуществляется по единому номеру колл-центра КДЦ: +7 (7172) 702-911, +7 (7172) 702-900, WhatsApp: 8708 425 0711.

Нашли ошибку в публикации? Сообщите нам об этом.