Россия и Турция заключили сделку по Сирии. Кто выиграл?

Владимир Путин и Реджеп Тайип Эрдоган на переговорах в Сочи заключили соглашения, которые российский президент назвал "очень важными, если не судьбоносными". Речь идет о ситуации на севере Сирии, где с 9 октября Турция проводила военную операцию против формирований курдов.

Глава МИД России Сергей Лавров, который принимал участие в шестичасовых переговорах, зачитал меморандум о взаимопонимании. Фактически это план разведения сил на территории Сирии, граничащей с Турцией. Осуществлять его будут российские и турецкие военные, а также сирийские пограничники.

Вот ключевые пункты:

Первым пунктом в меморандуме отмечена приверженность и России, и Турции сохранению территориальной целостности Сирии. Уже после переговоров в Сочи Путин позвонил президенту Сирии Башару Асаду и рассказал о положениях меморандума. В Кремле заявили, что Асад поддержал его. Пресс-служба сирийского президента заявила, что Дамаск "абсолютно против любого захвата сирийских территорий под каким-либо названием или предлогом".

Газета "Ведомости" со ссылкой на свой источник пишет, что главной проблемой на переговорах в Сочи стало согласование глубины зоны безопасности и тема контроля над границей. Турция настаивала на 35-километровой зоне, сообщал курдский телеканал Rudaw.

Ранее Эрдоган называл целью военной операции создание 35-километровой зоны на севере Сирии, из которой обещал выдавить отряды народной самообороны сирийских курдов. США вывели войска из этой части Сирии. Министр обороны США Марк Эспер заявлял, что примерно тысяча американских военных отправится в западный Ирак. В среду утром Эспер прибыл с необъявленным визитом в Багдад.

Русская служба Би-би-си спросила экспертов, как они оценивают "судьбоносные" соглашения по Сирии. Кто выиграл и кто проиграл от этой сделки?

Федор Лукьянов, главный редактор журнала "Россия в глобальной политике":

"Заинтересованные стороны - Турция, Россия, Дамаск и в некоторой степени курды, равно как и США, получили то, чего хотели. Не по максимуму, но как возможно.

Для Турции главным было создать буферную зону. В итоге она меньше, чем хотел Эрдоган, но достаточна для того, чтобы решить задачи, которые перед ним стояли, а именно создать полосу размежевания между турецкой территорией и курдскими отрядами, получить пространство, куда можно разместить тех беженцев, которые в Турции не очень нужны.

Наверное, это как-то увязано с ситуацией в Идлибе, потому что эта зона позволяет часть протурецких сил из Идлиба переместить туда. Для России и Дамаска достигнуто хорошее продвижение, то есть юрисдикция официального правительства Сирии распространена на значительные территории. К тому же курды, будучи поставленными в то положение, в которое их поставили, не имеют особого выбора и вынуждены идти на какие-то сложные переговоры с Дамаском об условиях сосуществования.

Соединенные Штаты, несмотря на истерику в антитрамповских кругах, сделали то, чего хотели. Они хотели сократить свое присутствие и уйти оттуда - Трамп об этом говорил всегда. Они хотели показать, что не дадут Эрдогану раздавить курдов - и показали. Белый дом имеет полное право сказать: мы вмешались, и война кончилась - Пенс приехал и прекратил ее.

По сути, вчерашняя договоренность - это развитие того, о чем Эрдоган договаривался с Пенсом. Что касается курдов, то они как всегда сторона наиболее уязвимая. Но в тех реальных обстоятельствах, которые есть, это для них не худший выход - могло быть хуже. Это такой любопытный пример, когда достигнута модель, в той или иной степени, удовлетворяющая интересам всех".

Алексей Малашенко, руководитель научных исследований института "Диалог цивилизаций":

"Если оценивать ситуацию на ближайшие пять-шесть дней, то я бы расценивал соглашение как, в общем, успех России. Перемирие закреплено - причем закреплено не потому, что Путин приехал к Эрдогану, а потому что Эрдоган приехал к Путину.

Но когда я послушал все заявления и то, что говорил [министр иностранных дел России Сергей] Лавров, возникло ощущение недоговоренности. Взять хотя бы проблему беженцев. Известно, что это за беженцы - отнюдь не любители Башара Асада, это потенциальная оппозиция, которая бежала в Турцию, и которую Эрдоган хочет вернуть [в Сирию].

К чему это приведет в самой Сирии, какая будет расстановка сил - сказать сложно. Нужно меньше говорить о победе и о том, что будет дальше.

Что касается Америки - она и не выиграла, и не проиграла. Одно время было модно сравнивать российскую кампанию в Сирии с советской в Афганистане - это было некорректно. А сейчас такая ситуация, когда в Америке витает идея - вы сами туда пришли, сами и разбирайтесь. А разобраться там очень-очень сложно.

И последнее. Немного удивляет пропагандистский стон, который стоит в России - ура, триумф, победа. [Соглашение] - это косвенный толчок локтем в Эрдогана, и получается, что он проиграл.

Ему это явно не нравится, потому что это ударит по его престижу внутри Турции. Поэтому, будь в Кремле какой-то разумный человек, он бы дернул пропаганду за ниточку, чтобы она не кричала о победе, а кричала о разумном и внятном компромиссе, тем более, это ближе к истине".

Виктор Мураховский, военный эксперт:

"Соглашение следует расценивать как достаточно удачное, поскольку оно предотвратило масштабный военный конфликт, в который могло втянуться и сирийское правительство со своими вооруженными силами. Мог развалиться и "астанинский формат".

Это вынужденное, непростое, не самое выгодное для России, но, тем не менее, единственное решение, которое позволило вывести ситуацию из критического состояния".

Новости Казахстана