127001 Процесс по так называемому “делу Евлоева” вышел на финишную прямую. Уж... Общество

Евлоев: Настоящие убийцы находятся на свободе

Процесс по так называемому “делу Евлоева” вышел на финишную прямую. Уже состоялись прения сторон, прокурор запросил меру наказания подсудимым - Олегу Евлоеву и Дмитрию Тяну, обвиняемым в разбойном нападении и убийстве супруги и трех малолетних детей астанинского предпринимателя Марата Есимсеитова: первому - пожизненное заключение, второму - 25 лет лишения свободы. Обоим - в колонии особого режима и с конфискацией имущества.

Последнее слово подсудимых

Кадр телеканала КТК
В понедельник, 15 июня, председательствующий судья предоставил подсудимым последнее слово.

Обращаясь к присяжным заседателям, Олег Евлоев напомнил: в случае с Чикатило, к высшей мере наказания - расстрелу был приговорен человек, не совершавший тех страшных преступлений, в которых его обвиняли. Когда все-таки нашли истинного маньяка-убийцу, было поздно - приговор был приведен в исполнение.

“У следствия не было других версий - только Тян и Евлоев. Гособвинению лишь бы кого-то наказать, прокуроры коверкали факты, офицеры полиции тут мычали, не могли в глаза смотреть. Экспертиза сфальсифицированная, видеозапись с моими показаниями не показали, сказали, что потеряли” - это фрагменты из последнего слова Олега Евлоева.

В заключение он обратился к потерпевшей стороне: “Подумайте, настоящие убийцы находятся на свободе!”.

“Правда есть, и она одна. Все равно когда-нибудь да правда всплывет” - это уже из последнего слова Дмитрия Тяна.

Оба подсудимых свою вину не признали. По их мнению, ничего из того, в чем их обвиняет следствие, не нашло подтверждения в ходе судебного расследования.

Далее суд перешел к другой процедуре. С согласия сторон он утвердил вопросы опросного листа, на которые предстоит ответить присяжным заседателям. Кроме десяти вопросов, предложенных судом, список пополнился еще одним - по предложению стороны защиты Евлоева в опросник был включен вопрос о том, имело ли место со стороны Евлоева активная роль в момент совершения преступления.

Свой вердикт присяжные заседатели должны вынести во вторник, 16 июня. Затем - приговор.

Суд сопровождают эксцессы

И это заседание суда сопровождалось нештатными ситуациями.

До его начала неприятная сцена разыгралась у входа на территорию суда. Группу людей, проработавших с Дмитрием Тяном по десять лет, охрана не пропустила в зал. Мотивировок - никаких. Не положено - и все.

- Мы хотели убедиться, действительно ли суд будет справедливым. Ходим сюда каждый день, а нас не пускают даже за калитку. Говорят, что мест в зале нет, а для Есимсеитовых скамейки дополнительно принесли, их запускают без ограничений. В жизни не поверим, что Дима может такое совершить, - рассказывают, чуть не плача, женщины, оставшиеся за воротами суда.

Эксцессы произошли и в зале суда.

Едва судьи вошли в зал и участники процесса заняли свои места, как адвокат Дмитрия Тяна Кайрат Куспеков обратился к председательствующему с просьбой занести в протокол сообщение о том, что за время ожидания начала заседания сторона защиты и родственники подсудимых были подвергнуты различного рода оскорблениям со стороны потерпевших.

Реплики: “изверги, садисты, ироды”, “что, жить-то хочется, страшно умирать, да?” раздавались в зале до тех пор, пока судья не дал указание судебному приставу удалять из зала тех, кто позволял себе такое делать.

Схватка прессы с мускулатурой

Но служебный пыл и бицепсы судебных приставов были направлены не столько на наведение порядка в зале, сколько на ограничение профессиональных прав журналистов.

Мало того, что немногочисленных представителей масс-медиа долго, в буквальном смысле, мурыжили на солнцепеке за решетками, ограждающими вход на территорию суда, так, наконец-то, пропустив в здание, приставы беспардонно отобрали у нас сумки со всем их содержимым (кошельки с деньгами, ноутбуки, диктофоны). Они же изъяли и орудие нашего производства - ручка и блокнот.

В перерыве, когда мы все-таки занесли личные вещи из общего коридора в зал суда, вслед за нами ворвались приставы и, играя мускулами, отобрали сумку у вашей покорной слуги. Попытки проделать то же самое с журналистками из КазТАГ и газеты “Время” не увенчались успехом. Девушки намертво вцепились в свои сумки и дали достойный отпор покушавшимся на их собственность. Мы потребовали письменного предписания или нормативного акта, запрещающего журналистам иметь при себе личные вещи в зале суда. Таковых не оказалось по простой причине - их в природе не существует.

Словесная перепалка затянулась. В нее попытались втянуться и некоторые сотрудники спецподразделения, обеспечивающие безопасность подсудимых, во главе со своим командиром. Пришлось экспромтом провести ликбез для служивых и приставов на предмет того, в чем заключаются функциональные обязанности каждого из спорящих сторон. Убедившись, что журналисты просто так не сдадут свои позиции, приставы удалились.

Но тут, откуда ни возьмись, появилась секретарь судебного заседания по имени Жанар (фамилия, кажется, Абишева), с самого начала судебного процесса корректностью поведения себя не утруждавшая. Так же, как и приставы, она попыталась заставить журналистов жить по неписаному уставу своего “монастыря”. Не получилось.

Озадаченная поражением, секретарь в присутствии многочисленных свидетелей, в том числе родственников подсудимых и потерпевшего, оскорбила собкора газеты “Время”, обозвав ее “истеричкой”. Ретироваться ее заставило заявление автора этих строк о том, что за оскорбление журналиста при выполнении им своих профессиональных обязанностей она будет отвечать перед судом.

Другие “враги народа”, то бишь наши коллеги-телевизионщики, вообще не были допущены на судебное заседание.

Такова вкратце атмосфера на процессе по “делу Евлоева”.

Источник: zonakz.net
В статье: Астана

Заметили ошибку на сайте? Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter или Cmnd+Enter


Ваша реакция

Спасибо за ваше мнение

Вы уже голосовали

Читайте также


Комментарии 0

Содержание комментариев к новостям не имеет никакого отношения к редакционной политике NUR.KZ. Мы не несем ответственность за форму и характер выставляемых комментариев. Просьба соблюдать установленные правила .